1973. С Израилем есть что-то, что вызывает у людей дискомфорт
*Отличная статья Алистера Хита, британского журналиста в «Дейли Телеграф»:*
С Израилем есть что-то, что вызывает у людей дискомфорт — и это не то, что они говорят.
Они укажут на политику, поселения, границы и войны. Но если поцарапать поверхность гнева, откроется нечто более глубокое:
Неловкость не из-за того, что делает Израиль, а из-за того, что он собой представляет.
Такой крошечной нации не полагается быть настолько могущественной. Точка.
У Израиля нет нефти. Нет особых природных ресурсов. Население — едва дотягивает до размеров среднего американского города. Вокруг — враги. Ненависть в ООН. Объекты терактов. Осуждение от знаменитостей. Бойкоты, клевета, атаки.
И всё же — они процветают, словно завтра не существует. В армии. В медицине. В сфере безопасности. В технологиях. В сельском хозяйстве. В разведке. В морали. В чистой и несокрушимой воле.
Они превращают пустыню в сельскохозяйственные земли. Делают воду из воздуха. Перехватывают ракеты в полёте.
Они спасают заложников под носом у худших режимов мира.
Они выживают в войнах, которые, по мнению всех, должны были стереть их с лица земли — и побеждают.
Мир смотрит на это и не может понять.
И тогда люди делают то, что делают, когда сталкиваются с силой, которую не могут объяснить:
Они предполагают, что это — обман. Наверное, это помощь США. Наверное, это иностранное лоббирование. Наверное, это угнетение. Наверное, это кража. Наверное, это какой-то тёмный трюк, давший евреям такую силу. Наверное, это шантаж.
Потому что, не дай Бог, это что-то другое.
Не дай Бог, это настоящее.
Не дай Бог, это — заслуженное.
Или, что ещё хуже — предопределённое.
Еврейский народ должен был исчезнуть уже давно. Так заканчивается история изгнанных, порабощённых и ненавидимых меньшинств.
Но евреи не исчезли. Они действительно вернулись домой, заново построили свою землю, оживили свой язык и вернули своих мёртвых к жизни — в памяти, в идентичности и в силе.
Это ненормально. Это не политика. Это — библейское.
Не существует кода мошенничества, объясняющего, как народ возвращается на свою родину спустя 2,000 лет.
Нет рационального пути от газовых камер — к глобальному влиянию.
Нет исторического прецедента — пережить вавилонян, римлян, крестоносцев, инквизицию, погромы и Холокост — и всё равно явиться в понедельник на работу в Тель-Авиве.
Израиль — это не логика.
Если только вы не верите во что-то большее, чем математика.
Вот что сводит мир с ума.
Потому что если Израиль реален,
если эта невероятная, древняя и ненавидимая нация — всё ещё избранна, защищена и процветает,
тогда, может быть,
Бог — вовсе не миф.
Может быть, Он всё ещё в этой истории.
Может быть, история — не случайна.
Может быть, зло — не последнее слово.
Может быть, евреи — это не просто народ…
а свидетельство.
Вот что они не могут вынести.
Потому что как только ты признаёшь, что выживание Израиля — не просто впечатляющее, а божественное,
всё меняется.
Твой моральный компас сбивается.
Твои предположения об истории, силе и справедливости рушатся.
Ты понимаешь, что не наблюдаешь конец империи.
Ты — свидетель начала чего-то вечного.
Поэтому они это отрицают.
Они это очерняют.
И яростно нападают.
Потому что куда легче назвать чудо «мошенничеством»,
чем столкнуться с возможностью,
что Бог действительно сдерживает свои обещания.
И делает это в тишине
