1767.Арье Барац. Меморандум религиозного сиониста

Политическая зрелость пришла ко мне через год после вступления в комсомол: подавление Пражской весны окончательно отбило у меня тогда чувство принадлежности к Советской родине и идентифицировало с «Западом», в котором на отдельном пьедестале в моих глазах возвышался Израиль.

Советская действительность угнетала, постылый режим напоминал о себе из каждой щели, но само существование Свободного мира и отчаянного Израиля порождало удивительное чувство причастности чему-то исторически долгожданному и подлинному.

Репатриация в ту пору сошла на нет, но дерзкая, прекрасная страна, в которой живут свободные гордые евреи, сама по себе наполняла жизнь радостью и светом. Израиль представлялся водонапорной башней, поддерживающей человеческий дух на всей планете.

Двухнедельное посещение еврейского государства в 1990 году только укрепило во мне это чувство, подтвердило его адекватность: под грозные окрики США и СССР, «безбашенное» заселение Иудеи и Самарии шло полным ходом.

Но репатриировался я уже не в ту страну, которую когда-то превозносил. 1992 год – год моей алии – был отмечен победой Аводы на выборах и принятием Кнессетом закона «О достоинстве и свободе», поставившего народных избранников в жесткую зависимость от самодержавного Верховного суда. Начался форсированный демонтаж сионистского проекта.

Я поселился в Иудейской пустыне ровно в том месте, которое годами облюбовывал на карте. Оказалось, что там уже десять лет существовал еврейский форпост. Но в 1993 году, после подписания Норвежского соглашения, над ним, как и над всеми другими поселениями Иудеи, Самарии и Западного Негева нависла угроза уничтожения.

В гражданском смысле я был как никогда свободен, но в национально-религиозном – как никогда бесправен и унижен. Никогда в брежневском совке мне не было так тошно, как стало в рабиновском, а позже – в шароновском Израиле. С годами, главным образом благодаря несговорчивости «партнеров», угроза депортации отодвинулась. Но обнаружилась другая напасть.

К началу 3-го тысячелетия Запад завершил идеологическую рокировку с Востоком. В 2001 Патрик Бухенен опубликовал книгу «Смерть Запада», в которой констатировал захват необольшевизмом ключевых общественных позиций.

Фиктивность израильской демократии, эффективно затыкающей рот национально-религиозному большинству, оказалась не местным явлением, а частью глобального процесса. «Антифашистские» погромы, накрывшие США летом 2020 года, обнаружили, что «свободный мир» сходит на нет.

Основа правового общества – равенство всех граждан перед законом – оказалась размыта «позитивной дискриминацией», «репрессивной толерантностью» и прочими неомарксистскими мутациями.

Израиль шагал в ногу с Западом. Под воздействием БАГАЦа и общей прогрессистской идеологии силовые структуры Израиля оказались парализованы. С начала 90-х главным оружием ЦАХАЛа стал пинцет. В сфере внутренней безопасности картина оказалась не лучше: десятилетия банды арабов и бедуинов на глазах у солдат (которым БАГАЦ запретил вмешиваться) расхищают военные базы, грабят фермеров, берут под рэкетирскую «опеку» даже крупные стройки страны.

В мае 2021 года во время операции «Шомер Хомот» по всей стране прокатилась волна еврейских погромов. При полном попустительстве полиции были сожжены сотни синагог, еврейских магазинов, частных домов и автомобилей. А через месяц впервые в истории Израиля было сформировано коалиционное правительство, опирающееся на мусульманских братьев.

Внушительная победа правых на выборах 2022 года вскрыла полное бессилие избранной власти перед лицом Deep State, инициировавшего бурную волну протестов против долгожданной судебной реформы. В топку раскола левыми была брошена верность воинскому долгу.

В 2023 году страна оказалась деморализована, что явилось одной из причин побудившей ХАМАС броситься в пекло поперёд иранского батьки, даже поперёд Хизбаллы. Но своим рейдом ХАМАС не только спутал карты собственной коалиции, он еще и явно перестарался.

Беспрецедентная жестокость и масштабность резни привела израильтян в чувство. Неожиданно обнаружилось, что народ Израиля жив и на сей раз его жесткий ответ предрешен.

В первые дни, пока армия еще продолжала выбивать террористов из сожженных киббуцев, и все телевизионные каналы сконцентрировались на текущих событиях, я с удивлением для себя испытал давнее забытое двойственное чувство, то чувство, с которым часто просыпался в совке: внешняя фоновая тошнота перекрывалась бьющей через край внутренней радостью. Опустошенная водонапорная башня как будто вновь стала заполняться!

Более того, лишь в те дни я осознал, что содержалось в ней в годы моей молодости: тогда в мире ощущалось не просто дыхание свободы, тогда ощущалось присутствие Шехины, пробившейся в мир в 1948 и 1967 годах. Ею держалась былая благословенная дерзость Израиля!

После кровавой Симхат Торы израильтяне в одночасье вспомнили свой танахический корень, вспомнили, что они сыны и дочери пророков. Они словно опознали себя в древнем видении Билама: «Вот народ как лев встает и как лев поднимается, не уляжется прежде, чем не поглотит добычу» (Бемидбар 23:24) В те дни израильтяне ощутили происходящее продолжением своей древней истории, поверили, что Он «пошлет огoнь в стены Газы, и пoжрeт чертоги ее» (Амос 1:7).

Этот духовный подъем оказался кратким. Через неделю-другую ведущие СМИ не только полностью вернулись к своей антибибистской повестке, но в лице ведущих комментаторов и отставных генералов стали внушать народу, что одолеть ХАМАС невозможно, равно как Хизбаллу и Иран.

Более того, в январе 2024 года к этой пораженческой компании открыто подключилось и командование армии, избегающее «посылать огонь в стены Газы». Главнокомандующий в разы сократил численность войск, отказался перекрывать поставки продовольствия террористам и занимать Рафиах.

В те дни выяснилось, что ословская «концепция» включает в себя не только веру в перевоспитание террористов путем повышения их жизненного уровня, но также и веру в аморальность победы над ними! В те дни – зимой и весной 2024 года – Deep State окончательно пришел в себя, и в лице СМИ, Генералитета, руководства ШАБАКа и прокуратуры стал загонять народ в привычное стойло, гасить его боевой дух.

Но эта задача оказалась ему не по плечу, народ уже «поднялся, как лев». Опираясь на его неослабевающую жажду победы, Нетаниягу продавил ко Дню Независимости наступление на Рафиах и занял наконец Филадельфийский коридор.

Все лето Байден и Deep State продолжали сильнейшее давление на правительство, добиваясь прекращения войны с ХАМАСом и ракетных дуэлей с Хизбаллой. Но осенью, преодолев сопротивление министра обороны, Шабака и Генералитета, Нетаниягу настоял на осуществлении операции в Ливане, которую генералы еще за 15 часов до проведения пытались сорвать, поручив журналисту Ронену Бергману опубликовать в Ynet срочную новость: «Высокопоставленные военные и другие источники в системе безопасности предостерегают от опрометчивых действий, которые правительство готовит на Севере».

Итак, 17 сентября у тысяч боевиков взорвались пейджеры, а 18 сентября – рации и старые модели сотовых телефонов, что привело к гибели десятков и выведению из строя нескольких тысяч командиров. 20 сентября в момент подготовки ответных мер был уничтожен глава подразделения “Радван” Ибрагим Акиль с сотоварищами. 26 сентября был нанесен точечный удар, унесший жизнь командира авиационного подразделения Хизбаллы, Мухаммеда Сарура, а на следующий день был уничтожен, наконец, и сам Насралла.

1 октября ЦАХАЛ вошел в приграничные районы Ливана и начал операцию по уничтожению инфраструктуры террора. Критическое ослабление Хизбаллы вызвало восстание против режима Башара Асада в Сирии. 29 ноября оппозиционные группировки начали наступление на юге Сирии. 8 декабря повстанцы вошли в Дамаск, после чего сирийская армия капитулировала, а Асад бежал в Россию. В тот же день силы ЦАХАЛа вошли в приграничную зону, а 9 декабря началось уничтожение техники разбежавшейся асадовской армии. За 48 часов были уничтожены авиация, танки, артиллерия, флот, средства ПВО и склады с оружием.

В ту пору в США вторично победил Дональд Трамп, вознамерившийся вернуть Deep State в рамки Закона и решительно поддержавший Израиль, на первых порах – оружием.

В ночь на 13 июня ВВС Израиля предприняли атаку на Иран. В первый же день были уничтожены десятки высокопоставленных лиц иранского режима и сотни критически важных военных целей, включая ПВО. Небо Ирана полностью открылось для израильской авиации, в течение двенадцати дней круглосуточно перемалывавшей противника.

Подученный раввинами и евангелистами Трамп пообещал сюрприз к 19 июня – 23 сивана, в день, в который Мордехай «написал именем царя Ахашвэроша, и скрепил (печатью) перстня царского, и отправил письма с верховыми гонцами, о том, что царь разрешил иудеям каждого города собраться и встать на защиту жизни своей: истреблять, убивать и губить всех вооружившихся» (Эстер 8:8).

Семь бомбардировщиков B-2 вылетели на задание с авиабазы в штате Миссури на следующий день – 20 июня, и в ночь на 22 – три главных ядерных объекта Параса были окончательно уничтожены.

Примечательно, что все эти поразительные успехи, пожалуй, впервые в истории сионизма открыто связываются народом и его лидерами с Божественной поддержкой!  Нетаниягу  отметил, что  название военному удару по Ирану «Встающий лев», он взял из благословения Билама: «Вот народ, как лев встает».

Судьбоносные вопросы современной истории решаются Нетаниягу и Трампом именно в ту самую неделю, когда читаются эти слова Торы.

Хроники Иерусалима