1528.О павшем…Maya Gelfand:

О павшем…Maya Gelfand:
Несколько дней назад Ольга впервые села за руль автомобиля. До этого не было времени и желания. Но теперь она настроена решительно – она научится водить и будет ездить на машине своего сына Максима. Как он и хотел.
Тридцатилетний Максим Рыжков пал смертью храбрых 19-го октября во время выполнения боевого задания в Туль-Кареме. За сухой равнодушной новостной сводкой стоит человеческая судьба и огромное горе. У Максима остались мама, сестра, бабушка и дедушка, любимая девушка и боевые друзья.
– Мы ведь ничего не знали, – рассказывает Ольга. – Он говорил, что после армии пошел работать в Министерство обороны. А что он там делал, где работал, мы не знали. Только на похоронах мы начали понимать, чем он занимался на самом деле. Оказывается, его все знали, только мы ничего не подозревали.

Крепкий, сильный, ловкий Максим с детства любил гимнастику. Одно время серьезно занимался акробатикой. У мамы в квартире целая выставка его спортивных достижений: медали, кубки, значки. Даже картина, где изображен Макс во время участия в телешоу Ниндзя Израиль, – ее Ольга нарисовала сама и подарила сыну на день рождения.
– Он всегда очень молодо выглядел, просто мальчишка. Когда пошел в армию, то все считали, что ему лет пятнадцать. Так молодым навсегда и останется. Но несмотря на такой обманчивый вид, он был настоящий боец. Он в первую очередь всегда спасал людей и никогда не жаловался. И не рассказывал ничего. Когда началась война, он сказал: «Мама, не волнуйся, все нормально. В Газу я заходить не буду». Только после его гибели я узнала, что он там уже был, только не хотел меня беспокоить.

В небольшой коробке вещи Максима, которые принесли сослуживцы. Пачка сигарет, тяжелые стальные наручники, ключи от машины, фотографии, оберег на счастье, маленький сборник молитв на удачу.
– Однажды я наткнулась в его вещах на иврито-арабский словарь. Я тогда еще удивилась, – говорит Ольга. – Подумала, зачем ему арабский. Ну, может, в армии он его учил. А потом начала сопоставлять все данные, и картина начала складываться.

Голубоглазый блондин Максим Рыжков служил в специальном отряде «псевдоарабов». В это сложно поверить, но, как он сказал однажды дедушке, «арабы бывают разные».
– Кто бы мог подумать, что сериал «Фауда» может оказаться так близко к нам, – говорит бабушка Ирина. – Мы смотрели этот фильм, думали, выдумка. А оказалось, что наш Макс и есть такой боец спецподразделения, который каждый день выходит на борьбу с террористами.

На похоронах и во время поминальной недели сотни сослуживцев приходили в дом к Ольге, чтобы рассказать о ее сыне. «Это наша легенда», – говорили они.
Максим всегда шел вперед, прикрывая собой товарищей. В тот день их отряд вернулся из сектора Газа, где выполнял спецзадание. От разведки поступило сообщение, что группа из двенадцати террористов готовит масштабный теракт на территории Израиля. И тогда «псеводарабы» отправились в Туль-Карем, в Самарию. Места эти они знали прекрасно, бывали там не раз и хорошо ориентировались. Восьмерых боевиков удалось уничтожить сразу же, а еще четверо спрятались в соседнем доме. Макс побежал за ними, но те бросили ему навстречу взрывное устройство.
– Потом уже его товарищи вызвали авиацию, и этот дом, где прятались террористы, разбомбили с воздуха. Но наш Максим погиб, – говорит дедушка Вадим, рукой закрывая глаза, чтобы скрыть слезы. – Напишите, что он был коммуникабельный, это очень важно. Он любил людей и хотел спасти своих товарищей. Получается, он всех заслонил собой.

Бабушка встает рано утром, едва рассветет, и идет к Максиму – поздороваться, поплакать, поставить свечи рядом с его фотографиями. «Он был солнечный мальчик», – говорит она. – «Наш первенец».

Ольга живет одна вместе с двумя крохотными собачками породы чихуахуа Тути и Шанель. Их портреты украшают ее квартиру. На диване – теплый мохнатый плед, на маленьких полках – симпатичные безделушки и горшки с вьющимися растениями, рядом с телевизором аккуратно выставлены фотографии Максима. Ольга работает на заводе электроники, где производят запчасти для «Железного купола», а ее младшая дочь Саша закончила университет по специальности «криминалист» и хотела работать в полиции, но недавно объявила, что пойдет по стопам брата и будет работать в специальном подразделении армии.
– Я очень горжусь своими детьми, – говорит Ольга. – Я воспитывала в них чувство долга и ответственности, любви к родине и к людям. Я думаю, их отец бы ими тоже гордился. Но он умер одиннадцать лет назад.

Каждый вечер Ольга возвращается домой с работы, где ее ждут собачки и фотографии Максима. Ее переполняют эмоции после урока вождения и она торопится поделиться ими с сыном. Но потом силы оставляют, горе затягивает, погружает в тоску и одиночество.
– С каждым днем все тяжелее, – говорит она. – Я пытаюсь себя убедить, что он просто ушел на работу и скоро вернется. Но потом читаю нашу последнюю переписку и понимаю, что нет, он не вернется. Его больше нет. Как с этим примириться?.. – плачет она. – Можете мне не верить, но, когда он родился, я обратила внимание на то, что линия жизни на его ладошке очень короткая. Я сжимала его ручку своей, вот так, как могла, как будто хотела продлить ее. Но не смогла. Видно, судьба такая.

Спасибо Лиза Юдин за помощь.