Вышел 9-й номер «Той самой «Новой газеты», которую власти нам запретили издавать на бумаге, — ее пдф-версия.
Выпуск представляет его соредактор Вячеслав Половинко.
«Главная, магистральная тема выпуска — «Зона поражения», куда входит, конечно, не только территория вокруг Каховской ГЭС, но и в целом обе страны конфликта. Разрушение дамбы на ГЭС — крайнее проявление этого поражения. И хотя есть версия о «техническом» повреждении конструкции, но даже эколог Евгений Симонов (признанный, как и многие неугодные в России, «иноагентом») очень сомневается в таком сценарии: дамба разрушена в нескольких необычных местах, говорит он Ирине Тумаковой (конечно, тоже «иноагенту»). И последствий, помимо уже видимых сейчас, от этой катастрофы будет существенно больше: может дойти и до ЗАЭС (хотя там есть своего рода страховка), и до Крыма.
Но вообще, конечно, зона поражения — она не только про территорию, она еще и про время. Алексей Тарасов вспомнил несколько катастроф и стихийных бедствий, связанных с ГЭС, которые случились в прошлом. И при всей непохожести обстоятельств надо увидеть, что переживали люди в России, когда их родину, их дома, школы, огороды, церкви, родные могилы смывало и затапливало. В России отнятую родину ни отвоевать, ни отбить. Она скрылась под водой, и это если не навсегда прощание, то надолго, поскольку затопило родину в результате не разрушения плотин, а их воздвижения. Планы по строительству новых ГЭС продолжают в России рассматриваться и постепенно, пусть теперь несколько замедленно, реализовываться. Что происходит при таких событиях с людьми? Это особый подвид: в России, в Сибири, они себя называют «утопленники», и перекличка с сурковским «глубинным народом» здесь не случайна.
Кроме того, в номере:
Еще одно большое интервью «иноагента» Тумаковой с «иноагентом» же, но на этот раз политологом и политическим географом Дмитрием Орешкиным — о том, как Россия обустроилась в жизни под санкциями и что у нее общего с Советским Союзом.
История правозащитника Олега Орлова, который сначала стал заложником у чеченских террористов в Буденновске, а теперь превратился в заложника России.
Рассказ об Алексее Горинове — муниципальном депутате, превратившемся в первую жертву нового закона «о фейках».
Портрет политика Сергея Миронова, который ради «продажи» своей партии готов объединяться хоть с богом, хоть с чертом (из таких портретов, кстати, можно выпускать спецвыпуск журнала «Крокодил» — и он будет вовсе не юмористический).
А на последней полосе — традиционная Ирина Петровская со своим обзором «Смотри в оба». В этот раз — о лицемерии киевлянки Наташи Королевой, которая «несмотря ни на что», общается со своими — бывшими уже — земляками. А также — о Николае Солодникове, продолжающем жить где-то в своем мире, в котором нет ни СВО, ни других — все еще запрещенных для некоторых в России — слов. Кто-то скажет, что это биполярное расстройство. Но на самом деле это тоже про расширение зоны поражения — не только в географическом или временном смысле, но в ментальном тоже. И зона эта — растет.
Продолжаются боевые действия в приграничных с Украиной регионах. В Белгородской области полным ходом идет эвакуация. Местные чаты переполнены просьбами беженцев о помощи. Люди начали самоорганизовываться и помогать друг другу кто чем может. Татьяна Васильчук с репортажем из Белгорода.
«На улице — плюс 25 градусов. Голову сильно припекает. Рядом дежурят машины МЧС. В теньке под елкой — большой ящик с бутылками воды. Спасатели устанавливают тенты, бабушки уже стоят в очереди, чтобы сесть под ними на скамеечку, спрятаться от палящего солнца. Блондинка в темных очках заканчивает говорить по телефону, кладет его в сумку, теребит крестик — и тут вдруг обращается ко мне».
Белгород. Очередь за гуманитарной помощью у спортивного центра «Космос». Фото: Татьяна Васильчук / «Новая газета»
6 июня в Херсонской области была взорвана дамба Каховской ГЭС на Днепре. Затопило все близлежащие населенные пункты, есть погибшие, тысячи людей лишились домов, под угрозой национальные парки. Масштабы этого человеческого и экологического бедствия пока невозможно оценить. Идут боевые действия. Область тонет и на грани гуманитарной катастрофы. Наш собственный «иноагент» Ирина Тумакова попыталась разобраться в ситуации и поговорила с экологом.
«Какой ущерб будет внизу для приднепровских национальных парков, мы увидим, когда вода сойдет. Правда, сразу мы увидим не всё, потому что могут пострадать какие-то отдельные виды животных, отдельные участки, которые размоет, или их очень сильно затопит, они вымокнут… В общем, ущерб может быть нанесен очень большой и разносторонний, но мы про него сейчас сказать не можем».
В Москве начался суд над Олегом Орловым. Бессменный глава правозащитного центра «Мемориал» и убежденный пацифист, Олег Орлов вот уже 30 лет пытается доказать российскому государству, что человеческая жизнь — бесценна, права человека — незыблемы, а свобода мнения — базовая ценность. И доказывал он всегда это своими делами. Взять хотя бы Буденновск, один из самых кровопролитных терактов в новейшей истории России.
«14 июня 1995 года группа из 195 террористов под командованием Шамиля Басаева напала на небольшой город Буденновск в Ставропольском крае. Более 1200 мирных жителей были взяты в заложники. Их удерживали в городской больнице на протяжении пяти дней. Боевики требовали прекратить военные действия в Чечне. Освободить почти всех пленных удалось благодаря переговорам между Басаевым и премьер-министром России Виктором Черномырдиным. А организовала их группа депутатов и правозащитников: Сергей Ковалев, Валерий Борщев, Юлий Рыбаков, Олег Орлов».
Буденновск, 1995 год. Фото: Александр Земляниченко / РИА Новости
Это лишь один эпизод тяжелой и трудной работы правозащитников в нашей стране. На счету Орлова и его коллег тысячи спасенных жизней. Но в России-2023 «Мемориал» признан «иноагентом» и ликвидирован, его сотрудники систематически подвергаются травле, часть была вынуждена бежать из страны. Орлов принципиально не считает нужным уезжать и упрямо продолжает доказывать российскому государству, что убивать людей — плохо. Теперь это называется «дискредитация Российской армии». За это его и судят. В суде Нобелевского лауреата (в прошлом году «Мемориал» получил Нобелевскую премию мира) защищает другой Нобелевский лауреат — Дмитрий Муратов. Суд только начался, но то, что он будет историческим, уже понятно.
Олег Орлов на суде. Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ
С начала вооруженного конфликта с Украиной Владимир Путин не устает угрожать миру ядерной войной. Минобороны РФ заявляет, что готово к новым ядерным испытаниям. Новая Земля — суровый и практически безлюдный архипелаг в Северном Ледовитом океане, где есть всего два поселка — Белушья Губа и Рогачево. Именно на этом архипелаге находится Центральный полигон Министерства обороны. И именно он «готов». В советское время там провели 132 испытания ядерного оружия.
Последствия их страшны — и для людей, и для всего живого вокруг. Наши корреспонденты Иван Жилин и Анна Артемьева проехали по местам советских ядерных испытаний и поговорили с выжившими.
Из воспоминаний об испытаниях старшего лейтенанта Луки Горбатова.
«Взрыв 21 сентября был подводный, но на все побережье губы Черной выплеснулась вода, и эта зона оказалась заражена. К очередным взрывам приезжала комиссия, проверяла, все ли готово, и уезжала. А мы оставались там, глотали ядерную пыль. <…> Нас не предупреждали о последствиях. И какое облучение мы получили, до сих пор неизвестно. <…> К чему же была вся эта секретность? Ведь именно из-за нее многие из нас не смогли потом лечиться, как полагается, вынуждены были скрывать причину своих болезней».
И еще одна цитата, теперь уже эксперта — радиобиолога.
«Принцип действия ядерного оружия и то, что оно работает, — все это давно уже экспериментально проверено. Мощности предельные, которые даже физики описать боятся, были достигнуты еще в 1960-е годы. Смысл проводить эти испытания сегодня?»
Министр Бецалель Смотрич представил на утверждение кабинета и получил разрешение для 34 населённых пункта. Часть из них совершенно новые, а часть — фермы, созданные в последние годы и теперь получившие официальный статус. Историческая значимость этого решения заключается не только в …
Пьетро Палаццини мыл посуду на кухне Ватикан, когда до него донеслись крики. Это было 16 октября 1943 года. Рим, находившийся под нацистской оккупацией всего пять недель, вот-вот должен был измениться навсегда. Пьетро подбежал к окну. То, что он увидел, осталось …
