В марте 2024 года в России должны пройти выборы президента. Специалисты платформы независимых социологических исследований Russian Field провели Всероссийский телефонный опрос на тему, какого президента жители страны видят в России будущего. Диапазон тем включал отношение к политическим ценностям, грядущим выборам, партиям и лично к Владимиру Путину. Результаты опроса очень показательны.
«53% респондентов проголосовали бы за политика, чьи решения эффективны, 23% опрошенных выбрали бы политика, чьи решения нравственны. С тем, что в политике цель оправдывает средства, согласны 43% респондентов, 48% не согласны».
Выяснилось также, что если бы на выборах президента появился сильный кандидат, то практически половина опрошенных отказала бы Путину в голосах.
Собственно, поэтому продолжают зачищать и так драконовское избирательное законодательство, не дающее возможность даже выдвинуть свою кандидатуру кому-либо, независимому от режима, и предоставляющее все возможности для беззастенчивых подтасовок результатов — об этом рассказывает Борис Вишневский.
И — вопрос вам, уважаемые читатели. Не ходить на выборы, на ваш взгляд, по-прежнему актуальная стратегия? Ждем ответов — вот по этому адресу subscribe@novayagazeta.ru
Вышел очередной пдф-номер «Той самой «Новой газеты». Седьмой.
Ирек Муртазин съездил в Стерлитамак и привез историю. Шихан Куштау, за сохранение которого бились экологи и местные жители всего три года назад, снова в частных руках. Как так вышло?
Схема оказалась даже изящной. Начавшиеся летом 2020 года протесты против начала разработки по добыче и производству соды на шихане Куштау были лишь искрой, поводом. На фоне общественного гнева вмешался президент — и акции частной БСК «Сода» были решением суда изъяты у частных лиц и переданы государству. Чтобы потом эти акции передали в свежесозданный холдинг «Русский водород» из 18 таких добывающих компаний. И директор у БСК «Сода» и «Русского водорода» один и тот же. А принадлежит вся эта красота кому бы вы думали? Угадали. Аркадию Ротенбергу.
Еще в номере:
Александр Солдатов — о том, что реставраторы пока ведут в борьбе за икону Андрея Рублева «Троица».
Роман Шамолин — о природе доноса.
Татьяна Брицкая — о штрафах за неправильный цвет одежды и цветов.
Что на наших сайтах
Ближайший друг и соратник Путина миллиардер Геннадий Тимченко, чьи финансы были завязаны на Запад, решил бороться за свои деньги и репутацию. Он подал судебные иски в суд Евросоюза и отдельно в Швейцарии с требованием снять с него санкции и разморозить счета, а еще выплатить ему компенсацию за такую «несправедливость» — миллион евро. Тимченко на полном серьезе уверяет, что добился всего сам, и Путин тут ни при чем — с ним просто интересно «беседовать о спорте». История миллиардера — в материале Владимира Прокушева.
«В 2013 году Тимченко как председатель экономического совета Франко-российской торгово-промышленной палаты стал кавалером ордена Почетного легиона за вклад в развитие прочных франко-российских экономических отношений. А уже через год миллиардер попал под санкции США как член ближайшего окружения президента России Владимира Путина, но за день до их введения продал свою долю в нефтетрейдере Gunvor своему партнеру Турбьёрну Тёрнквисту. Сам же еще до введения санкций перебрался из Швейцарии в Россию».
Геннадий Тиченко на матче с участием Владимира Путина, 2017 год. Фото: Михаил Метцель / ТАСС
Глава ЦБ Эльвира Набиуллина провела переговоры со своим коллегой, главой Центрального банка Ирана. Иран — одна из самых богатых стран Азии и крупнейшая экономика исламского мира, которая к тому же живет под западными санкциями без малого сорок лет. Реальные результаты встречи мы не узнаем еще долго — слишком деликатная тема, чтобы выносить ее в публичное пространство. Преимущество в переговорах, конечно же, у иранцев. На их стороне многолетний опыт жизни в условиях жестких внешних ограничений, которые они научились обходить. Сегодня проблемы, с которыми сталкивается Иран десятилетиями, очень похожи на российские эпохи СВО. Дмитрий Прокофьев рассказывает о лайфхаках иранской экономики.
«Другой механизм обхода санкций известен уже столетиями — правда, придуман он был тогда для облегчения денежных расчетов (на самом деле, это все та же самая система передачи финансовых сообщений, только не формализованная). Эта система денежных переводов — хавала — полностью основана на доверии и личных связях».
В Кремле прошла встреча глав Азербайджана и Армении. Это были самые адекватные переговоры за все 34 года с начала кровопролитного Карабахского конфликта, который является ключевым для обеих республик после развала СССР. Ереван и Баку договорились о взаимном признании территориальной целостности и на этой основе собираются в будущем «полностью урегулировать отношения».
Означает ли это, что Армения признает Нагорный Карабах частью Азербайджана? Наш специальный иноагент Ирина Тумакова* поговорила на эту тему с бывшим послом Армении в России Степаном Григоряном, который полагает, что политика РФ оказывает дестабилизирующее влияние на регион, а Кремль совсем не заинтересован в разрешении конфликта, потому что иначе в Закавказье ему будет делать нечего.
«— Действительно, зачем Россия так поступает? Вы связываете это с ее незаинтересованностью, как вы говорите, в мирном урегулировании? Или есть другие причины?
— Причин много, главной я считаю турецкий фактор, то, что Турция помогает России в Сирии. Другой фактор — то, что Никол Пашинян пришел к власти демократическим путем, и то, что во главе Армении оказался не назначенец Москвы, ее очень раздражает. Хотя Пашинян никакой не «прозападник», он только и говорил все время, что про Россию, только в последний год этого стало меньше».
Министр Бецалель Смотрич представил на утверждение кабинета и получил разрешение для 34 населённых пункта. Часть из них совершенно новые, а часть — фермы, созданные в последние годы и теперь получившие официальный статус. Историческая значимость этого решения заключается не только в …
Пьетро Палаццини мыл посуду на кухне Ватикан, когда до него донеслись крики. Это было 16 октября 1943 года. Рим, находившийся под нацистской оккупацией всего пять недель, вот-вот должен был измениться навсегда. Пьетро подбежал к окну. То, что он увидел, осталось …
