731. Вам «Конверт»! Ума-патриотизм. Силовики начали охоту на «неправильные» учреждения образования. Кто следующий?

Здравствуйте! Вам «Конверт»!

Перед вами очередной номер «Той самой «Новой газеты», которая выходит в пдф-формате, потому что трусливый режим отказал своим гражданам в праве получать информацию в привычном виде.

Главная тема номера — новые попытки российских силовиков найти себе кормовую базу в виде очередных «врагов». На это раз в университетах, колледжах и в театрах.

Номер представляет его соредактор Вячеслав Половинко.

За прошедшую неделю российский суд и тюрьмы оставались одними из главных поставщиков важных новостей. Судебные заседания по политическим делам идут безостановочным конвейером, пытаясь до стерильности отутюжить российское общественное пространство и заставить замолчать любой свободный голос.

7 лет колонии дали 63-летнему правозащитнику Михаилу Кригеру за «оправдание терроризма» и «публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности».

31-летний поэт Артем Камардин, сидит в СИЗО за чтение стихов, продолжается второе театральное дело.

А сегодня суд в Екатеринбурге оштрафовал политика Евгения Ройзмана* — его обвиняли в «дискредитации армии», грозило три года лишения свободы. К удивлению собравшихся — а зал заседания был забит битком — прокуратура неожиданно вместо реального срока попросила назначить политику штраф в размере 260 тысяч рублей. За Ройзмана вступились многие известные люди, но верится с трудом, что именно этот факт повлиял на столь «вегетарианский» запрос прокурора.

А вот этот текст Веры Челищевой еще нами не опубликован. Портрет бывшего журналиста Виталия Третьякова, мастера переобуваний и любителя устриц.

• Третьяковская кунсткамера.

Как менялись взгляды на жизнь создателя «Независимой газеты», а теперь одного из главных пропагандистов Виталия Третьякова

Виталий Третьяков. Фото: Илья Питалев / Коммерсантъ

Уже несколько недель в зоне вооруженного конфликта ожидается контрнаступление Украины, а значит, резкое обострение ситуации, при которой число потерь может стать «неприемлемым». Где та черта, после которой число военных или гражданских потерь перешагнет болевой порог общества — неизвестно. Но точно известно, что она, эта черта, существует. Какова методика подсчета «приемлемых потерь»? Кто и как определяет уровень «приемлемости» и когда общество может повлиять на окончание конфликта — рассказывает Валерий Ширяев.

— В первом случае [Вьетнамская война] общество США политическим давлением заставило свое правительство прекратить затянувшуюся войну. Во втором случае [бомбардировки НАТО] Сербии было нанесено военное поражение, граждане отказали в доверии своему правительству, и оно фактически капитулировало. В обоих случаях общество сыграло важнейшую роль в окончании военных действий именно под влиянием прямых и косвенных потерь.

• Считаем до двухсотых

Фото: Петр Ковалев / ТАСС

Российская власть продолжает свои игры с идеологией и символами. На этот раз под прицелом одна из величайших древнерусских православных святынь — «Троица» Андрея Рублева. Владимир Путин принял решение передать ее РПЦ. Под прицелом икона теперь в прямом смысле — мы рискуем потерять шедевр. До этого момента шедевр XV века хранился в собрании Третьяковской галереи под неусыпным контролем десятков искусствоведов и реставраторов, буквально в стерильных условиях и выверенной до одной десятой градуса температуре. В прошлом году святыню под давлением РПЦ и адептов СВО уже перевозили на три дня в Троице-Сергиеву лавру, и это перемещение предсказуемо нанесло иконе «серьезнейший ущерб». Что теперь будет со святыней — неизвестно. А главное, непонятно, откуда у Путина такие полномочия — правовых, согласно российскому законодательству — у него нет. Александр Солдатов — о ситуации вокруг шедевра.

• Прощай, «Троица»

Зал Андрея Рублева в Третьяковке. Фото: соцсети

Статистика говорит, что после начала СВО в нашей стране началась крупнейшая волна эмиграции с момента распада СССР. Многие эксперты сравнивают ее с исходом начала XX века. Уезжают не только люди творческих профессий, но и цвет российской науки — технари и медики. И это — потери невосполнимые.Илья Фоминцев, хирург, врач-онколог и врач-просветитель, был создателем Фонда медицинских решений «Не напрасно». И Высшей школы онкологии — бесплатной ординатуры для врачей. И цифровой платформы «Всё не напрасно» — школы для пациентов. И «энциклопедии» для больных — Oncowiki. И онкологической клиники. Он организовывал по всей стране бесплатные скрининги пациентов, читал бесплатные лекции, проводил благотворительные аукционы, собирая деньги для больных. Фоминцев уехал в августе 22-го «в никуда». Ирина Тумакова* поговорила с ним о том, почему в России умирают люди.

— И уехали лучшие, те, кто имел возможность найти работу, имел амбиции. Это, конечно, обеднило российскую медицину сильно. Я не скажу, что это как-то ее обрушит. Но вот есть мой номер телефона, его многие знают, я всегда помогал пациентам, которые не знали, куда пойти. И вот что я обнаружил: я, при всех моих связях, все чаще и чаще не знаю, к кому пациента направить. Потому что этот уехал, тот уехал. То есть я не знаю, как отъезд врачей повлиял на систему в целом, как он повлиял на средний уровень врача «по палате», но такое наблюдение у меня есть.

• «Мои игры с государством закончились»

Илья Фоминцев. Фото: соцсети

Некролог основоположнику российского телевидения Эдуарду Сагалаеву и рассказ о его учениках, предавших дело учителя, — от Ирины Петровской. А также топ-5 стоящих внимания новинок на YouTube — в тексте нашего телеобозревателя. Напоминаем, что теперь вы можете не только смотреть видео и читать текст еженедельной рубрики Петровской, но также слушать аудиоверсию выпуска.

 А также

• Антрополог Роман Шамолин — о принципах греческой демократии и почему вслед за требованием «хлеба и зрелищ» к власти приходят диктаторы.
• Тиндер уходит из России. Какие экономические последствия будет иметь этот шаг, объясняет Дмитрий Прокофьев.
• Лариса Малюкова — об открытии и первых показах 76-го Каннского кинофестиваля.

* Внесены Минюстом РФ в реестр «иноагентов».