102. B Израиле: врачи поставили на ноги неподвижного мальчика Мишу из России,

Трудно сказать, кто в этой истории больший герой – Елена Соколова, усыновившая мальчика-инвалида и пожертвовавшая ради него всем; израильский хирург, взявшийся за ребенка после отказов врачей в России и Германии; или добрые израильтяне, помогавшие подарить мальчику вторую жизнь

Ноа Лави |

Опубликовано: 29.10.21, 16:48

Елена и Миша Соколовы.

(Фото: семейный альбом)

 

При виде 10-летнего Миши Соколова первым делом замечаешь его широкую улыбку: мальчик на инвалидной коляске заразительно смеется, хотя ему в жизни выпало немало испытаний. Миша родился с тяжелым пороком костно-суставного аппарата, его родители отказались от малыша сразу после рождения, а врачи прочили полную пожизненную инвалидность. Но в Израиле его сумели поставить на ноги – в прямом смысле слова.

Миша страдает врожденным артрогрипозом. Это редкий недуг, приводящий к деформации ног, рук, коленей, суставов.

“Мы с Мишей приехали в Израиль в феврале 2020 года. Уже началась пандемия, и границы закрывались. Но один израильский профессор сказал: “Я могу сделать Мише операцию, и он будет ходить”, – рассказала “Вестям” Елена Соколова, приемная мать мальчика. – Передо мной стоял выбор – вернуться в Россию и потерять последний шанс помочь сыну, или рискнуть и остаться в Израиле в полной неизвестности, с надеждой собрать денег на операцию. Для меня выбор был очевиден”.

Елене Соколовой 51 год. Она родилась в Казахстане, получила филологическое образование, но переквалифицировалась в акушерку и работала в больнице. У нее четверо собственных детей – старшей Диане сегодня 31 год, Михаилу – 30 лет, Валентину – 20, младшей Марии – 19. Елене и в голову не могло прийти, что однажды она усыновит мальчика-инвалида из детского дома.

Миша Соколов.

(Фото: личный альбом)

 

Это случилось в 2014 году. Елена тогда работала акушеркой в больнице Красноярска, а для дополнительного заработка подрабатывала в отделении травматологии. Однажды она заметила в палате одинокого малыша. Он лежал на койке, рядом никого не было, на тумбочке стоял поднос с остывшей нетронутой едой. Перехватив взгляд Елены, мать другого ребенка с соседней койки объяснила: это мальчик из детдома, его привезли на операцию и вот так оставили. Оказалось, малыша зовут Мишей. “Как моего сына”, – подумала Елена, и ее сердце сжалось.

“Мише-детдомовцу было 3 года. Он родился с артрогрипозом, его суставы не сгибались и не разгибались, за этим последовала атрофия мышц. Когда я его впервые увидела, он мог лишь перекатываться с места на место. Ни руки, ни ноги не функционировали. Он был в порванной майке и почти не говорил. Я взяла его на руки, чтобы помыть, и он задрожал”.

Елена и ее семья тогда только-только переехали в Красноярск, обустройство было нелегким, но с первого момента встречи с никому не нужным малышом Елена твердо решила: не оставлю его одного.

Не обошлось и без мистики: “Мой родной сын Миша (мы его называем “Миша-старший”) в возрасте 3 лет перенес 4 операции и чуть не умер. Я была атеисткой, но не выдержала и начала молиться о спасении сына. В своих молитвах я обещала сделать все, что угодно, если сын выживет. И Миша-старший выздоровел! Поэтому когда я увидела этого одинокого маленького инвалида в больнице, мне сразу стало ясно: пришло время выполнять обет”.

Елена с мужем (на момент публикации – бывшим) приняли непростое решение: усыновить Мишу-детдомовца. Это оказалось совсем непросто.

Сначала их даже не пустили на свидание с мальчиком в приют. “Мне сказали: “Вы ему не родственница, вам не положено. Хотите увидеть? Усыновите”. Документы мы оформляли больше года, но в конце концов нам удалось забрать Мишу-маленького домой.

Поначалу он боялся мужчин, со временем я поняла, что они у него ассоциировались с болью, так как лечили его врачи-мужчины. А еще он был очень худенький, весил в 4 года всего 7 килограммов. Нянечка в детдоме сказала мне, что другие дети отбирали у него еду, – ведь он не мог защитить себя”.

– Как ваши дети отнеслись к такому пополнению в семье?

– Они очень обрадовались. Старшая даже сказала “У меня такое чувство, будто ты его родила”. Миша сначала называл меня “Леной”, но однажды утром слышу – тоненький голосок зовет: “Мама”. Захожу в комнату, а это Мишка меня зовет, от старших детей научился.

Усыновленному мальчику требовалось много внимания: из-за почти полной неподвижности рук и ног он мог лишь перекатываться. Лене пришлось уменьшить число рабочих смен и разработать расписание вместе со старшими детьми, чтобы с Мишей кто-то постоянно был рядом. Семья даже перебралась в Подмосковье, поскольку в Красноярке не было условий для жизни с ребенком-инвалидом.

– Врачи говорили, что Миша никогда не будет двигаться. В России от него просто отказались. При помощи друзей нам удалось собрать деньги на операцию в Германии, где специалист сделал Мише стопы – они у него так атрофировались, что были скрючены, как куриные лапки. Но там, в Германии, мне сказали: это максимум, больше сделать нельзя. Однако я не сдавалась. Искала информацию в интернете и прочитала, что в Израиле врачи чудеса творят. Мы целый год собирали средства, и зимой 2020 года приехали на Святую землю.

Миша Соколов с мамой у Стены плача.

(Фото: личный альбом)

 

Фирма по медтуризму направила Елену с Мишей в больницы “Шнайдер” и “Ассута”, но там сказали, что ситуация безнадежная.

– Я сказала Мише: “А давай поедем к Стене плача? Там люди просят о самых заветных желаниях”. И мы поехали в Иерусалим. У Стены плача Миша сказал: “Я прошу, чтобы у меня вылечились ручки, ножки и коленочки”. Я стояла рядом и плакала: нам же сказали, что все, помочь нечем. Но на следующий день случилось чудо: мы уже должны были улетать, как вдруг мне сказали, что Мишу может посмотреть ведущий израильский ортопед профессор Марк Эйдельман. Во время осмотра доктор сказал: есть операция, которая поможет существенно улучшить Мишино состояние. Только делать ее нужно как можно скорее, фактор роста критический.

Но именно в это время до Израиля докатилась волна коронавируса. Начался локдаун, страна закрыла границы. Иностранцы спешно покидали Израиль, торопясь успеть на последние самолеты. Елена на свой страх и риск приняла отчаянное решение: остаться в чужой стране, без средств, без помощи, с сыном-инвалидом. Все – с одной целью: не упустить последний шанс на операцию.

– У вас были деньги на операцию?

– Ни копейки. Денег было ровно столько, чтобы оплатить еще 4 дня проживания в гостинице Бат-Яма. Затем нас приютила одна женщина, а потом мне помогли снять подвальчик, где мы с Мишей жили 7 месяцев. Я подрабатывала уборкой и искала благотворительные фонды, которые могли бы помочь собрать денег на операцию. Окружающим я не признавалась, что денег нет. Боялась, что меня заставят вернуться в Россию – и тогда все, Миша навсегда останется неподвижным.

Елена обратилась в благотворительный фонд MD Terra “Страна Чудесных Снов”, но там ей ответили, что помогают онкобольным, а не колясочникам. Однако после беседы с Леной директор фонда решила лично познакомиться с Мишей – и после трогательной встречи было принято решение о сборе средств на операцию.

Миша Соколов в Израиле.

(Фото: личный альбом)

 

“А еще я самым неожиданным образом познакомилась с Давидом Фатталем, владельцем одноименной сети израильских отелей. Ни разу не видев Мишу, а только услышав нашу историю, он пожертвовал средства на операцию. Мы даже жили в одном из отелей этой сети в Иерусалиме, когда Мише нужно было там проходить лечение. Миша никогда не был в таких гостиницах, он был так счастлив! Он не переставал улыбаться даже тогда, когда начались обстрелы из Газы и военная операция “Страж стен”. Да, мы с ним совершенно не боялись, настолько были изумлены происшедшим с нами чудом.

Вообще чудеса в Израиле нас сопровождали на каждом шагу – здесь невероятно отзывчивые люди. Мы приехали сюда с одним чемоданом, у нас ничего не было – так вот, нам подарили и одежду, и игрушки для Миши”, – взволнованно рассказывает Елена.

Миша Соколов и профессор Марк Эйдельман.

(Фото: личный альбом)

А потом случилось главное чудо. После операции, проведенной профессором Эйдельманом, и интенсивной реабилитации Миша впервые в жизни встал на ноги, а затем – сделал первые шаги. Операции на руках для восстановления функций локтевых суставов делал хирург Рам Палти в больнице “Шиба” в Тель ха-Шомере.

Но на этом лечение не закончилось. “В марте 2022 года Мише должны сделать операцию по пересадке мышц спины в руку, чтобы он мог дотягиваться до лица, – говорит Елена. – Уже сейчас он понемногу рисует, пользуется планшетным компьютером, что позволяет ему успешно учиться в московской школе для одаренных детей-колясочников. Занятия дистанционные, и Миша старался делать уроки даже в Израиле, хотя после операций ему было очень тяжело”.

В конце лета 2021 года, после полутора лет жизни и лечения в Израиле, Миша и его мама вернулись в Подмосковье. За это время младшая дочь Елены поступила в высшее учебное заведение, а сын – получил диплом.

“Дети у меня самостоятельные и очень преданные, – признается Елена. – Они сразу же мне сказали: “Если есть шанс помочь Мишке – оставайся в Израиле. За нас не волнуйся – мы справимся”. Я безумно по ним скучала, мы постоянно были на связи, и они очень рады улучшению Мишиного состояния. В декабре нам с Мишей надо снова приехать в Израиль – вынимать пластины из коленей сына. И знаете что? Я верю, что и в этот раз все получится”.

В заключение нашей беседы Елена сказала несколько слов об Израиле: “От Миши отказались врачи, от него отказались собственные родители, но в этом мире нашлись профессионалы, не опустившие рук и подарившие нашему мальчику новую жизнь. Израиль для нас – страна его второго рождения, и мы всегда будем благодарны этой стране от всей души”.